Я бы инфаркт получила

Врач не объясняет пациенту важность приема лекарств, не договаривается с ним

Еще 10-15 лет назад перенесенный инфаркт миокарда почти всегда заканчивался потерей трудоспособности и инвалидностью. Сегодня возможности медицины и фармакологии позволяют вернуть человека после инфаркта к полноценной жизни.

— Сейчас так хорошо лечат инфаркт миокарда, что для многих пациентов он протекает незаметно, — сетует Алексей Дмитриевич Эрлих, доктор медицинских наук, старший научный сотрудник лаборатории кардиологии Федерального научно-клинического центра физико-химической медицины ФМБА, заведующий отделением реанимации, интенсивной терапии государственной клинической больницы № 29 города Москвы.

— Важно, чтобы пациенты понимали: инфаркт миокарда — это непрерывно протекающий процесс, — продолжает Алексей Дмитриевич. — Он начался до самого события инфаркта и, к сожалению, продолжается после него.

Инфаркт миокарда связан с двумя процессами, которые происходят в сердце — атеросклерозом и тромбозом. Ростом атеросклеротических бляшек и образованием тромбов на этих бляшках.

Процесс атеросклероза замедляют препараты, известные как статины. Существует множество мифов об их плохой переносимости, однако в современных условиях всегда возможно подобрать препарат этой группы, который подойдет пациенту.

— Есть пациенты, у которых статины неэффективны — из-за определенных генетических нарушений, — объясняет Симон Мацкеплишвили. — Есть пациенты, которым препараты этой группы противопоказаны — например, при циррозе печени.

И тех и других вместе не больше 5%, и для них у нас есть свои способы снижения холестерина. Для всех остальных польза от приема статинов значительно превышает возможный вред, который, к сожалению, существует при приеме любых лекарств.

Все пациенты с диагнозом ишемическая болезнь сердца должны принимать статины независимо от уровня холестерина. От того, высокий или низкий холестерин, зависит доза, но никак не факт приема препаратов.

Прием препаратов для предотвращения тромбоза врачи называют двойной антитромбоцитарной терапией. Она предотвращает склеивание тромбоцитов и образование тромбов даже на маленьких повреждениях атеросклеротических бляшек.

Почему же пациенты часто прекращают прием этих необходимых препаратов, подвергая свою жизнь риску?

— Все дело в том, что лекарства, которые мы назначаем пациентам после инфаркта, действуют незаметно, — поясняет Алексей Эрлих. — Если болит голова, человек принял обезболивающую таблетку — эффект налицо.

Или высокое давление: он принимает лекарство — давление нормализуется. А как действует таблетка, влияющая на свертываемость крови? Пациент не видит. Как действует таблетка, уменьшающая холестерин, пациент тоже не чувствует.

— При общении с пациентами мне часто помогает такая аналогия, — продолжает Алексей Дмитриевич. — Если пациент спрашивает, можно ли перестать принимать статины, когда показатели холестерина пришли в норму, я говорю примерно следующее.

«Представьте себе, что вы живете в доме. Замечательный дом, прекрасная обстановка. Но в доме прохудилась крыша, и вас начинает заливать дождь. Дождь идет, все портится, вы стоите по колено в воде. Вы вызываете мастера, он ставит на крыше заплатку. В комнате опять сухо, жизнь налазидась. Что вы теперь будете делать? Снимать заплатку?».

Пациент говорит: «Нет. Я что, дурак?»

«Тогда почему прекращаете прием лекарств? Лекарство — заплатка на вашем здоровье. Раз вы добились с помощью лекарств хорошего эффекта, значит, эти лекарства действуют, и нужно продолжать их принимать».

— Врач, который ведет пациента после инфаркта, не может ограничиться лишь назначением тех или иных лекарств, — считает Симон Мацкеплишвили. — Необходимо доступно объяснить, для чего даем препараты, разжижающие кровь, снижающие холестерин.

— Вопрос лечения — это не вопрос назначения врачом препаратов и беспрекословного соблюдения пациентом этих рекомендаций, — добавляет Алексей Эрлих. — Это вопрос договоренности — и этого-то как раз многие врачи и пациенты не умеют.

Вот пример. Мы говорим пациенту, что после инфаркта необходимы физические нагрузки и он должен ходить 10 км в день. Он возражает: я могу ходить только 5 км в день. Хорошо, говорим мы, давайте добавим плавание два раза в неделю — как вы к этому относитесь?

Если пациент говорит, что не может пить такое количество таблеток — мы начинаем комбинировать, искать препараты, где в одной таблетке два или даже три, четыре лекарства.

В свою очередь задача пациента — найти своего врача, такого, которого он сможет расспросить, если не понял (а не искать ответ в интернете), которому сможет позвонить, если возникнут новые вопросы, которому он будет верить и которого будет слушаться.

Сегодня в российском здравоохранении достигнуто многое для спасения жизни и сохранения здоровья больных с острым коронарным синдромом: увеличилось количество региональных сосудистых центров, растет число коронарных вмешательств при ОКС, внедрены препараты, позволяющие предотвращать образование тромбов.

Дело за пациентами и их лечащими врачами, которые пока не успевают за технологиями — не понимают необходимости приема лекарств, пренебрегают мерами профилактики сердечно-сосудистых заболеваний. Воспринимать новую информацию и менять свою картину мира всегда сложно — но в случае с инфарктом миокарда это может стоить жизни.

Пациент выписывается из стационара и меняет назначенное лечение

Если все складывается благополучно, пациент попадает в сосудистый центр, где ему проводят процедуру коронарного вмешательства: ставят стент в поврежденный сосуд и восстанавливают кровоток. После лечения в стационаре пациент получает назначения — и отправляется под наблюдение своей районной поликлиники. Где очень часто ему меняют назначенное лечение.

Иногда это происходит по инициативе пациента.

— Пациенты сегодня не те, что были 20-30 лет назад, — делится наблюдениями Симон Мацкеплишвили. — Они приходят, уже прочитав все о своем диагнозе, заранее знают, какие у них будут осложнения, побочные эффекты от препаратов, которые мы им назначаем, и начинают выбирать: «Я не хочу принимать такой-то препарат, хочу вот этот».

Замена дорогого препарата более дешевым или бесплатным — из ограниченного набора, существующего в поликлинике, — тоже очень частое явление. Иногда к такому решению подталкивает врач поликлиники, иногда — сотрудник аптеки.

— В идеале пациенты должны продолжать лечиться там же, где их начинали лечить, — уверен доктор Мацкеплишвили. — При всех больницах для этого существуют консультативно-диагностические центры, попасть туда можно по полису ОМС.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Adblock
detector